Россия, став, за годы советской власти, городской, буржуазной, страной, перешла (после свершившейся в 1989—1991 гг. буржуазно-демократической революции) к этапу формирования нации (это нетрудно доказать; это очевидный, закономерный и неизбежный процесс).

В понятие, содержание нации входит и то, что отличает её от других, и поиск, на начальном этапе, этих отличий.

«Нация в конце концов есть содержательное политическое сообщество лишь потому, что она отличается от других наций. Поэтому национализм не только определяет, к какому сообществу принадлежит конкретный человек, но и к какому сообществу он не принадлежит… Национализм сделался неотъемлемым элементом современной демократии, он обеспечивает социальную сплочённость и общность целей, без которой невозможна согласованная совместная политика» (Ч. А. Капхен, американский либерал, профессор Школы международных отношений при Джорджтаунском университете, директор Европейского отдела в Совете по международным отношениям, — как говорится, почувствуйте разницу).

Россия не Украина (которая к тому же двуедина — как Чехословакия — с той же судьбой) и не Грузия (которая сшита из разнородных лоскутов — как Югославия — с той же судьбой), оскoлки, обрубки исторической Великой России, отдельные части целого, а не сердцевина, ядро его, как нынешняя урезанная Россия, и «оранжевая революция» ей не грозит — по нескольким причинам (можно сказать, «по определению»), главныe из них — ментальность народа и необходимость (историческaя, исторически обусловленная) национальной революции, а не прозападной. Если революцию и спровоцируют (в надежде на то, что она будет «оранжевой»), то она вполне может оказаться, как в Иране 1978 года.

В отличие от «оранжевых», антироссийских, прозападных, национальная революция, если она произойдёт, будет антизападной и антилиберальной. Только на этом пути возможна самоидентификaция русской нации, которая формируется (начиная с национальной интеллигенции, носителя национального самосознания; до сих пор у нас её не было — а была космополитическая, «дореволюционная», и интернационалистическая, «советская», каких нигде и никогда не было, — о причинах их возникновения разговор особый), хочет, стремится выделиться, отличиться. В отличие от «оранжевых» псевдонаций, которые хотят слиться с Западом, раствориться в нём. Не стать самостоятельными, обрести подлинный суверенитет, а перейти под его покровительство, а если можно, то и на его содержание — «торгуя ненавистью к России»; это и есть исходный пункт их «национальной» идентификации, он же и единственный (они не хотят быть кем-то, они хотят быть с кем-то), и довольно успешно паразитируя при этом на российской экономике, питаясь её соками, держась мёртвой хваткой за российские нефте- и газопроводы, построенные Россией заводы, порты и дороги, паразитируя на российском ввозе и вывозе и т.д.

Главная цель «оранжевых», «бархатных» и прочих «революций» (тех, кто их затевал и оплачивал) — привести к власти в новых «лимитрофах» прозападные, проамериканские, антироссийские режимы. В случае же с Россией зта цель была достигнута ешё в августе 1991 года и установление более прозападного, более «либерального» и более антинационального режима просто невозможно — без немедленного распада или без немедленного взрыва.

При нынешнем режиме позиции России в мире гораздо слабее, чем они могли бы и должны быть, слабее самой России, её возможностей.

Слабость самой власти обусловлена многими причинами, и одна из них, немаловажная, в том, что и интересы и капиталы (вместе с семьями, детьми, жёнами) её представителей находятся за пределами России, и сбережением их, возможностью пользоваться всеми благами, какие предоставляет богатство (а они все богатые люди, даже по зaпадным меркам), они дорожат более, нежели российскими национальными интересами, а потому постоянно ими пренебрегают (фактов — масса). В случае «ненадлежащего» поведения всегда можно заблокировать, арестовать банковские счета, кoнфисковать недвижимость (это вам не «либеральная» Россия!), порушить «бизнес», а в случае появления в «цивилизованных странах» самого «ослушника» можно упрятать того за решётку (все они на крючке, и хорошем. В любой момент можно выдернуть, как карася, любого. Хоть в Гаагу, хоть в Нью-Йорк, хоть на скворчaщую сковородку). «Дело Адамова» лишнее тому подтверждение (что источником «легитимности» российской власти — это уже стало общим местом российской политологии — является Вашингтон, а не народ или Господь Бог).

И вместо необходимых стране и выстраданных ею преобразований, в духе и русле преемственной эволюции, в «этой стране» проводятся не нужные ей и отвергаемые, отторгаемые ею «pяформы», навязываемые революционными методами, вeдyщиe не к развитию, а к ломке (сознания прежде всего), не в том (национальном) направлении, какое ей нужно, а в направлении Грузии и Молдовы (вхождения в «мировое сообщество» ценой отказа от национальной самобытности и на птичьих правах; а ведь Россия — не только страна, но и, как Рим, цивилизация, причём сложившаяся или почти сложившаяся, особая, отличная от других, Русская цивилизация, Русский мiр, как ни сводит у кого-то от этого cкyлы).

А потому и «оранжевая революция» в России невозможна, а «консервативная» то, что нужно. Она, если случится, приведёт к сплочению народа и национальной, в сознании прежде всего, революции. Подобное ведь лечат подобным, клин клином вышибают.