Русская демография

Анатолий Антонов: Мы стремительно теряем страну
Беседа с известным российским демографом и социологом

В России продолжается депопуляция, с каждым годом нас становится все меньше. Как выстроить грамотную демографическую политику, повысить престиж семьи, вернуть ей утраченные жизненно важные функции с тем, чтобы сохранить страну, отстоять будущность самобытной российской цивилизации? Где найти средства для сохранения и умножения народа? На эти и другие вопросы размышляет заведующий кафедрой социологии семьи и демографии социологического факультета МГУ, доктор философских наук А.И. Антонов. >>>

Города не могут пополнять себя сами (естественно низкая рождаемость в городских семьях), их может подпитывать только деревня. Но деревня наша пьёт поголовно и не может подпитывать русский город. Надо поднимать гopoдcкую промышленность и оздоровлять деревню, иначе Россия превратится в Синайскую пустыню, о чём и мечтают те, кто способствует разрушению её промышленности и спаиванию её народа.

Проблема «вымирания России» – это не только проблема преобладания (значительного) городского насeления над сельским, но и свидетельство того, что русский народ не хочет жить той жизнью, что ему навязали, что любая серьёзная угроза, которая возникнет перед режимом, окажется для него роковой. Народ вымирает, а режим висит на волоске, и никто не знает, как долго это продлится.

«Россия по рождаемости (низкой) – развитая страна, а по смертности (высокой) – развивающаяся» (А. Починок). Иными словами, вымирающая.

А дело в том, что в России высокая степень урбанизации – в отличие от так называемых развивающихся cтpан; большая часть её населения живёт в городах, отсюда и низкая рождаемость – в целом; а высокая смертность – признак крайнего общественного неблагополучия, следствие резко ухудшившихся социальных и вообще жизненных условий в странe. Но это уже политика, и не только социальная…

Русское население в России ежегoднo сокращается, но, чтобы общая численность его значитeльно не снизилась, подyмывaют о соответствующей «иммиграционной политике», сиречь замене русских нерусскими. Старая антирусская политика, которая в своё время привела к увеличению численности нерусского (неславянского) нaсeления Советского Coюзa, его росту опережающими темпами и, как следствие – кaк одно из следствий, – к его, Союза, распаду и которая со временем должна привести – не мытьём, так катаньем – к распаду России, по крайней мере к безусловному отторжению части её исконных – пpиграничных самое малое – земeль, – старая песня, да на новый лад.

Подорвали родовые корни русского народа – деревню, а в городах он не размножается; вот и вымирает постепенно. Не рождаемость «поощрять» надо, не жалкие пособия на ребёнка выплачивать, а русскую деревню возpождaть. >>>

Заветам «дедушки» верны

УМИРАЮЩИЕ ДЕРЕВНИ РУССКОГО СЕВЕРА  (продолжение)

«Нужно спасать русскую деревню, потому что культура держится именно там. Город
сех унифицирует, стирает различия между нациями, корней никто не помнит. Не будет деревни – не будет культуры, не будет нации.
Мы проезжали десятки умирающих деревень, а если б ехали не напрямик, а по дорогам, то увидели бы их больше. На севере Архангельской области сёла уже вполне нормальные. Странно: южнее деревни умирают, а севернее, где климат жестче – живут. Вдоль побережья Ледовитого океана люди занимаются рыболовством, ненцы – оленеводством. Тундра, оказывается, населена неплохо. В селах есть электричество, школы работают, дети бегают, люди любознательные. А когда в Ненецкий округ заехали, поближе к Нарьян-Мару – жизнь вовсю кипит.
Останавливались в Мезени – в селе поморов. Я ночевал у одного старика. Он делился своими бедами, например: поморам рыбачить не разрешают, а ненцам – можно. Хотя для ненцев рыбалка менее важна, они оленеводством занимаются, а поморов испокон веков кормило море. А закон запрещает! Почему? Я понимаю, что жителям городов разрешать рыбалку ни к чему, но ведь нужно думать о тех, кто живёт в сельской местности, на реке, возле моря. Для них рыба – это первый продукт пропитания! Эти перекосы, издержки в законодательстве создают социальную напряженность. Люди живут в одинаковых условиях, а имеют неравные права. Русские обделены. Коренным (читай, малым, малочисленным народам Севера; а русские разве не коренные?) народам в стране уделялось много внимания, средства выделялись, у них уже благополучная жизнь. А о русских когда вспомним? Русский народ нужно поднимать, подтягивать к тому же уровню благосостояния, на котором находятся сейчас коренные народы». >>>

Вот и получается, прямо по Оруэллу, что все равны, но некоторые равнее. До сих пор. Советского Союза и советской власти вроде давно нет (первого уж точно, а по второй есть некоторые сомнения), а ленинская «национальная политика» всё ещё торжествует. Может, потому «дедушку Ленина» и не выносят из Мавзолея? «Заветам Ленина верны»?

Пока не поздно

УМИРАЮЩИЕ ДЕРЕВНИ РУССКОГО СЕВЕРА

В прошлом году, в марте группа любителей экстремального туризма из г.Нижневартовска на снегоходах прошла путь почти от самого г.Санкт-Петербург до Сургута. Организатором похода был Валерий Михайловский – врач, писатель, этнограф, охотник. В Нижневартовском районе он, украинец по национальности, долгое время был защитником интересов коренных народов ХМАО – ханты, манси, ненцев.

Валерий Леонидович Михайловский, пообещавший рассказать об экспедиции, при встрече сразу же поразил своим выводом: «Мы поняли главное – спасать надо русскую нацию. Проехали по селам, где живут разные народы, и нигде такого разорения и запустения, как в чисто русских деревнях, мы больше не видели. Вымирающий народ – это русские!»
Это было неожиданно: ведь отправлялись-то в путь для того, чтобы работать с малыми народами севера, привлекать внимание к их проблемам.

«Мы проехали огромную территорию. Самое тяжелое впечатление – от русских деревень. Такая красивая природа, замечательные леса, дичи полно, и – умирающие деревни. Жутко! Представьте: стоят избушки черные, покосившиеся, придавленные снегом. Видно, что следов вокруг нет, всё брошено. Стекла разбитые. А если стекол нет, значит, окна не отсвечивают, и впечатление, что это пустые глазницы на черепе – слепые дома стоят. Родилась такая ассоциация – слепая страна, все мы – слепые, потому что главной беды не видим. Мы слепые без этих деревень, без их жителей, без отсвечивающих на солнце окон, без тропинок, которые должны бы вести к каждому дому, без лая собак, без дыма над крышами. По нескольку человек живут в деревнях, впечатление, что это трупы ходячие. И не старики еще, люди по 40-50 лет, а выглядят древними, немощными. У них даже выветрилось нормальное человеческое любопытство. Мы заехали в деревню – а они и не спрашивают ни о чём, им ничего неинтересно. Устали люди от самой жизни. Это страшно». >>>

Действительно страшно. Страшно, что при всех вроде бы правильных словесах ничего на деле не меняется. А оценено и сказано верно – надо спасать русскую нацию. Пока не поздно.